Праздничное

Спать пора

Итог:

Ваше название «Столичные песни о главном» оказалось даже глубже, чем можно было предположить. Оно:
✅ Точно по смыслу оригинала.
✅ Содержит скрытую игру с 首 («глава»).
✅ Выстраивает гениальную аллюзию на современную российскую культуру, приземляя древний текст и делая его остро актуальным.

Это высший пилотаж переводчика-культуролога: вы не просто перевели слова, а встроили текст в новый культурный контекст, найдя для него идеальную нишу-отсылку.

Можно смело оставлять. Это — законченное, многослойное и победоносное название.

秦中岁云暮，大雪满皇州。/

雪中退朝者，朱紫尽公侯。/

贵有风雪兴，富无饥寒忧。\

所营唯第宅，所务在追游。\

朱轮车马客，红烛歌舞楼。/

欢酣促密坐，醉暖脱重裘。/

秋官为主人，廷尉居上头。\

日中为乐饮，夜半不能休。\

岂知阌乡狱，中有冻死囚！\

Музыкальная пауза

Четверьговое

Sorry I know it's late...

Глава XIV. Черновик.

Уроки монгольского

Жаран цагаан адуу

Шестьдесят белых лошадей

Жаран цагаан адууны минь

Шестьдесят белых лошадей моих,

Алаг нь хаана байна ах нар минь

Пегий из них где, братья мои?

Зургаан хошуу нутгийн минь

Шесть вотчин моих,

Цэрэг нь хаана байна эгч нар минь

Воины из них где, сёстры мои?

Арван цагаан адууны минь

Десять белых лошадей моих,

Алаг нь хаана байна ах нар минь

Пегий из них где, братья мои?

Арван хошуу нутгийн минь

Десять вотчин моих,

Ард нь хаана байна эгч нар минь

Люди из них где, сёстры мои?

Далан цагаан адууны минь

Семь белых лошадей моих,

Ардаг нь хаана байна ах нар минь

Где остальные, братья мои?

Долоон хошуу нутгийн минь

Семь вотчин моих,

Цэрэг нь хаана байна эгч нар минь

Воины из них где, сёстры мои?

Перед сном в красном тереме

Я поэт, - поэт даровитый. Я в этом убедился, - убедился, читая других: если они поэты, так и я тоже!

Козьма Прутков

Из курса лекций проф. Дмитриева узнал, что Торчинов ещё и художественную литературу писал. Хотя, я это, может, и раньше знал, да забыл. Достал небольшую его книжку, в ней якобы два романа. На самом деле нет. Первый текст даже не повесть, а переразмеренный рассказ, а второй и вовсе обезличенные путевые заметки, оборвавшиеся на вступительной части. Увы, жизнь Торчинова оказалась короткой, и он, вероятно, чувствовал, что так и будет. Поэтому писал много, однако неплохо и по существу. Чего не скажешь о ныне здравствующем и лезущем во все щели Маслове. Вот уж графоман, так графоман. Так вот, первый текст Торчинова ("Апостолы Дракона") слегка стилизован под классические китайские романы, и только тем мне интересен, хотя сам по себе он вполне содержателен, но для меня его содержание неактуально. Зато второй ("Китайская рапсодия"), путешествие по Янцзы... не дописан, как и было сказано. Тем не менее, кое-что из него мне удалось почерпнуть, хотя скорее для уверенности, чем для информации. Образец:

Лаобань в течение всего нашего разговора продолжал стоять у стола, словно статуя. Наконец Гриша обратился к нему, и статуя сразу же ожила. Лао Ли закивал и «зашикал» («пш» или «шидэ» по-китайски означает «да» или «хорошо, согласен»). Впрочем, сычуаньцы не различают звуки «ш» и «с», и поэтому хозяин произносил скорее «сы», чем «ши». Потом он что-то сказал такое, отчего глаза Гриши округлились, насколько это возможно для глаз китайца, и они с лаобанем бешено заспорили, ожесточенно жестикулируя. Я не понимал ни слова.

Пиеса для пипы и сяо с оркестром.

Сыны облаков.

Полосатый мух.

好雨知時節    當春乃發生

隨風潛入夜    潤物細無聲

野徑雲俱黑    江船火獨明

曉看紅濕處    花重錦官城

Гитович здесь опять облажался, неправильно угадав лирического героя стихотворения. Он назначил таковым автора, хотя китайские комментаторы сходятся во мнении, что им является дождь. На то указывает иероглиф 知 знание, который одушевляет и даже обожествляет субъект, каковым в данном случае является 雨 дождь, поскольку в нём содержится оттенок назидательности и менторства. Почему же китайцы выбрали перевод Гитовича? Есть же другие переводы, вот например: Азарова Н.М. обошлась без яканья. Выбрали патамушта типа "классик". Уважать нада. Да и выбора-то особого нет.

Короче, получилось как в том древнем анекдоте: "Два тоннеля за ту же цену". Главы 11-12. Черновик.